Доказательство от противного

Общество

#Brexit начался минимум два года назад… и вот два дня назад он и закончился.

 

 

В июне 2014 года, под звуки начала войны РФ с Украиной, руководители стран Евросоюза выбирали нового Председателя Еврокомиссии, исполнительного органа ЕС — на замену Жозе Манулю Баррозу, который провел на посту 10 лет. Как известно, Главой Еврокомиссии стал Жан-Клод Юнкер, бывший премьер-министр Люксембурга, который в разные периоды пребывания на этой должности совмещал ее с должностью министра финансов, министра труда, руководителя казначейства и тому подобное. Человек-оркестр, одним словом.

 

Выборы прошли унизительно для Дэвида Кэмерона, премьер-министра Великобритании, который не скрывал своего недовольства кандидатурой Юнкера и обещал сделать все, что в его силах, чтобы не допустить его избрания. В результате голосования выяснилось, что лишь Великобритания и Венгрия (Дэвид Кэмерон и Виктор Орбан) проголосовали против кандидатуры бывшего премьер-министра Люксембурга на пост руководителя ЕС. Фиаско.

 

И еще больше фиаско если учесть, что Орбан уже тогда считался путінофілом.

 

Такова непосредственная предыстория отношений двух ключевых фигур на европейской политической шахматной доске. Я это подробно описывал в своей статье два года назад под названием «Соединенное Королевство vs Объединенная Европа».

 

Почему Кэмерон был против Юнкера? Потому Юнкер не скрывал, что он выступает за сильный Евросоюз фактически федеративного устройства. Британия же всегда хотела для себя особого статуса в ЕС – ее не устраивала даже «разноскоростная Европа» (акцент на разных скоростях развития экономик южной и северной частей ЕС), Великобритания хотела «разнонаправленного» Европы. В свое время они даже хотели для себя опцию «opt out» – в смысле «а Баба-Яга против»). И Кэмерон не мог не отражать эти настроения британского общества.

 

Почему Юнкер стал главной кандидатурой на пост Председателя Еврокомиссии? Не в последнюю очередь потому что он имеет в своем запасе серьезную европейскую success story, Юнкер был одним из инициаторов и архитекторов евровалюты.

 

 

OUT is OUT!?

 

Теперь вернемся непосредственно к #Brexit. Поведение участников процесса после оглашения результатов говорит о многом.

 

С одной стороны.

Испуганный Борис Джонсон, который (и это ясно видно) не ожидал такого результата.

Найджел Фарадж, который прямо отказывается от своих же обещаний, данных перед референдумом.

Неуверенный Кэмерон, который, однако, не хочет уходить в отставку завтра же, а хочет подождать выборов консервативной партии.

 

 

С другой стороны.

Безапелляционный Юнкер со своим знаменитым «Out is out».

 

 

Саркастический Туск, который в официальном сообщении отвел Кэмерону время для объяснений того, что произошло за ужином… Мы, мол, днем поработаем, делами позаймаємося, а за ужином Дэвид нам расскажет о результатах референдума… в переводе с дипломатического это означает мало хорошего.

 

 

Решительные руководители стран-основательниц ЕС, которые решили требовать немедленной активации Соединенным Королевством 50-й статьи Лиссабонского соглашения (это статья, которая запускает необратимый процесс выхода страны из ЕС).

 

Меркель, которая говорит, что не стоит быть очень придирчивым в будущих торговых переговорах с Великобританией. Снисходительно так говорит (а тем временем Шойблє уже приготовил драфт новой DCFTA с Великобританией и предлагает ее обсудить на взаимовыгодных для ЕС и Великобритании условиях).

 

 

На фоне.

 

Катастрофическое падение фунта стерлингов и фондового рынка, в результате которого страна потеряла более 250 миллиардов фунтов капитализации за несколько часов (сумма, несравнимая с выплатами Великобританией в казну ЕС)

 

Morgan Stanley, который вынужден был дезавуировать слухи о перемещении офиса с двумя тысячами работников из Лондона после #Brexit.

 

Очереди к обменникам и банкоматам с самого утра в день референдума, еще задолго до объявления результатов.

 

Шотландия, которая однозначно высказалась за пребывание в ЕС, премьер-министр которой уже сказала, что она услышала свой народ и будет искать пути выхода из ситуации. Новый референдум? Как можно совместить пребывание в составе Великобритании и пребывания в составе ЕС?

 

Северная Ирландия, которая высказалась не менее однозначно за пребывание в ЕС и вице-премьер которой уже намекнул на то, что правительство Великобритании потерял легитимность…

 

Лондон, который также проголосовал за ЕС и мэр которого решил высказаться по поводу «результатов этого референдума». Мол, ничего они не меняют для иностранцев в Лондоне.

 

Уже 3,3 миллиона подписей (10% референдумного электората!), собранных под петицией, которая требует переголосования — #Regrexit.

 

Демографический разрыв. Четкие статистические данные, которые говорят о том, что за #Brexit голосовала в основном молодежь. Не напоминает украинские реалии, нет?

 

 

Гражданство Ирландии, Эстонии, переезд в Едінбурґ. Безумное количество запросов на одно, на второе и на третье.

 

Саркастические фотожабы про Лондонское метро, продлено до шотландского Едінбурґа. Прямая ветка, без остановок до границы Англии и Шотландии.

 

И это все на фоне поддержки #Brexit’a явными маргиналами – Марин Ле Пен, словацкими праворадикалами и главарями ОРДіЛО. Отличная компания.

 

Я недаром назвал свою статью двухлетней давности именно так: «Соединенное Королевство vs Объединенная Европа». Неизвестно что развалится быстрее – ЕС или Великобритания.

 

 

#REGREXIT = победа европейского проекта

 

Возвращаясь к вопросу нашего противостояния Юнкера и Кэмерона – трудно сказать, что Кэмерон проиграл, а Юнкер выиграл.

 

Четко понятно одно – выиграла европейская идея. А сильный Брюссель – это очень плохая новость для Москвы.

 

А с ней выиграли оба – и Кэмерон, и Юнкер, потому что британский премьер также четко и недвусмысленно выступал за членство в ЕС.

 

Поведение британских избирателей мне немного напоминает Достоевского: Сначала «Тварь ли я дрожащая или право имею?» – а потом «Ой мамочка, что будет как он меня не возьмет». И снова четкие параллели с украинской ватой.

 

После объявления результатов референдума они будто проснулись от спячки и осознали, что рискуют стать «маленьким островом», а не частью и неформальным лидером чего-то большого (а они же когда-то были пупом земли, центром империи, в которой никогда не заходило солнце).

 

Они поняли, что сами своими действиями дали Брюсселю невероятное преимущество – теперь ЕС будет иметь все основания показать британцам насколько сильно экономика Великобритании зависит от рынков Евросоюза. На практике показать. О роли Лондонского Сити как мирового финансового центра я уже молчу – после выхода из ЕС об этом можно будет забыть. И это хорошая новость не только для Франкфурта, но и для Парижа, в котором мягко говоря не очень загружен огромный деловой квартал La Défense. О чем уже заявил, кстати, гигантский HSBC.

 

Не знаю каким именно образом Великобритания нивелирует результаты этого референдума (а вариантов есть несколько), но понятно также, что ни один из политиков (включая ярыми сторонниками и, собственно говоря, инициаторами этого референдума) не хочет брать на себя ответственность за активирование 50-й статьи.

 

Результаты референдума в Великобритании имеют совещательный характер и не являются обязательными к исполнению. В отличие от решений Парламента. Поэтому Кэмерон, который заявил только о намерении уйти в отставку имеет временной лаґ подождать и посмотреть насколько сильным будет разочарование политиками, которые выступали за #Brexit. С другой стороны, ЕС имеет полное право требовать янайшвидшої активации 50 статьи, потому что это создает давление на Британию и уже сейчас, де-факто ослабляет ее влияние на континенте. Усиливая германо-французскую ось в ЕС.

 

И это является еще одним четким выводом событий последних дней. Именно так: полная неуверенность «на островах» имеет все шансы превратить ЕС в сильное федеративное образование во главе с франко-немецкой парой. И британцам никто не виноват. Они сами так проголосовали. Их премьер сам объявил об этом референдуме. До момента активации (или однозначного отказа от активации) 50 статьи Лиссабонского соглашения топы ЕС будут наилучшим образом использовать время для максимально возможного ослабления роли Великобритании. И для наглядной демонстрации всем остальным членам Евросоюза что бывает с теми, кто покидает ЕС.

 

Чем быстрее Кэмерон откажется от имплементации результатов референдума – тем лучше будет для Великобритании.

 

Центробежные движения в Евросоюзе? Я в это не верю. Юнкер создал ЕВРО как валюту, создаст ЕВРО как государство. И не исключено,что он сам и спровоцировал Кэмерона на проведение референдума.

 

Такая логика выводит нас на еще один вывод: США теряют очень важный инструмент влияния на ЕС (сильную Великобританию), Брюссель усиливается на международной арене.

 

Отказ от активации 50-й статьи Лиссабонского соглашения способна уменьшить негативные последствия для Великобритании от референдума и даже усилить Кэмерона как политика и проевропейские настроения на континенте и на островах», – но веса и роли Великобритании в ЕС это не восстановит.

 

 

Выводы для Украины

 

Победа европейского проекта является однозначным плюсом для Украины, которая уже натерпелась от сложного процесса принятия решений в ЕС. Еще раз повторюсь: сильный Брюссель – очень плохая новость для Москвы. Но победа этого проекта в результате ослабление роли Великобритании, большого друга Украины, – является, к сожалению, негативом. Сценарий развития событий, по которому Кэмерон сделает что-то, что элиминирует результаты референдума, – является для Украины лучшим. Моральное право превратить #Brexit в #Remain у Кэмерона есть более, чем достаточно. К сожалению, это действительно не возобновит веса Великобритании в ЕС, но для нас с Вами важнее другое – институциональное усиление ЕС, которое приведет к тому, что процесс принятия решений имеет все шансы стать быстрее.

 

Усиление германо-французской оси и усиление Юнкера. На первый взгляд, негативный для Украины расписание, учитывая пророссийскость Франции, недавнюю поездку Юнкера в Санкт-Петербург. Но не забывайте твердость Меркель, которая знает, кто создал поток беженцев с Ближнего Востока в ЕС и с какой целью это сделано. Юнкер старый дипломат и четко понимает, что «агрессивную собаку надо успокаивать – пока не найдешь хорошего патика». Франсуа Олланд? Самое слабое звено, согласен, но есть еще Дональд Туск, роль которого в европейские политике также достаточно трудно переоценить.

 

Усиление Польши. Я рискну предположить такой вариант развития событий, что тактическая победа европейского проекта станет серьезным позитивом для усиления оппозиционных (то есть проевропейских) сил в Польше. И власть вынуждена будет с этим считаться. Кроме того, если отнять от экономики ЕС размер экономики Великобритании (около 18% номинального ВВП Евросоюза), вес экономики Польши, которая очень динамично развивается, – существенно возрастет. Сегодняшние 2,9% превратятся в более чем 3,5%. Это, опять же, потенциальный позитив для Украины. Опять же, на фоне шквала новостей о британский референдум как-то незаметно прошла новость о том, что польский газопорт на днях принял уже вторую доставку сжиженного газа. Польша усиливает свою энергетическую независимость.

 

Страны Центрально-Восточной Европы – самоопределение и координация действий в рамках ЕС. Польша, Чехия, Словакия, Прибалтика и даже Венгрия оказываются в новой ситуации и перед новыми вызовами. С одной стороны, вес их экономик в ЕС растет. С другой – страны-основательницы почему-то собрались в узком составе, а всех остальных членов ЕС – оставили в подвешенном состоянии вплоть до заседания Европейского совета в среду. Но перед глазами у всех, я думаю, стоит тот факт, который я упомянул в начале – Кэмерон и Орбан, которые два года назад выступили против Юнкера. И сегодня один из них подвергся второму за два года фиаско – и от того самого противника. Думаю, этот урок они усвоили неплохо: антиевропейскости подверглась существенной поражения. Но усиление оси Германия-Франция будет стимулировать страны ЦВЕ к лучшей координации действий между собой именно в составе ЕС. Возрождение Вишеґраду? Увидим. По крайней мере, предпосылки для этого есть.

 

Временный уход «украинского вопроса» с повестки дня мировой политической сцены является крупнейшим тактическим негативным последствием для нас. Однако этот негатив сильно преувеличен, поскольку сам референдум продемонстрировал насколько опасным является популизм – оружие, которым так мастерски владеет Владимир Путин. Поэтому я бы акцентировал внимание на меседжінґ, который будет вписывать Украину в контекст мировой борьбы с популизмом как вселенским злом. А здесь мы с Великобританией находимся на одной передовой. Все зависит от того насколько правильно и четко отработает этот меседжінґ украинская власть и дипломатический корпус.

 

Поражение идеи #Brexit – это вторая после победы Євромайдану серьезная проевропейская событие на континенте.

И второе событие, которая началась с доведения ситуации до абсурда (что в Великобритании, что в Украине).

 

Остается только напомнить, что «reductio ad absurdum» на украинский переводится как «доказательство от противного».

 

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

*