Испания: Неутомимый поиск нового

Общество

 

По случаю Месяца авторских чтений во Львове «Z» предлагает читателям немного «подготовиться» к встречам с иностранными авторами, и начинает серию материалов от литературоведов и переводчиков, посвященных літературам стран-участниц фестиваля. Почетный гость нынешнего МАЧ (в прошлом году это была Украина) – Королевство Испания, а так ежедневно в течение июля Львов посетят 30 испанских авторов.

Именно из гостей мы и начинаем небольшой «передМАЧевий» ликбез, тем более, что многих упомянутых в статье писателей можно будет увидеть во Львове уже в ближайшие дни.

 

 

Привычно думать, что испанская литература представлена небольшой когортой признанных художников прошлого: Мигель де Сервантес, Лопе де Вега, Педро Кальдерон, Мигель де Унамуно, Камило Хосе Села, Федерико Гарсия Лорка с их незаурядным, но самобытным мировоззрением, и давно прочитанными и забытыми текстами.

 

Однако, даже беглый обзор современной испанской литературы непременно удивит широким веером имен, появившихся в течение последних 20 лет, а еще более тематическим, жанровым и стилистическим разнообразием предложенных произведений. Современная испанская литература отличается полной свободой. Существенными ее признаками сегодня является мультикультурализм, неограниченность творческого эксперимента, феноменальная количество и высокая качество произведений, написанных женщинами, и многоязычие. Испанские тексты плодотворно сосуществуют с произведениями, написанными на каталонском, галисийском или баскском языках Роберта Саладрігаса или Карме Риеры, Мануэля Риваса, Сусо де Торо или Бернардо Атшаги. Одним из крупнейших достижений литературы, что практически молчала в течение полувека, является не только отвоевание авторами национальной читательской аудитории, которая успела привыкнуть к перекладных или латиноамериканских произведений, но и стремительный и успешный прорыв на международный рынок.

 

Невозможно и помыслить о том, чтобы назвать здесь все имена участников испанского литпроцесса, поэтому попробую определить ведущие тенденции современной испанской литературы и наметить события, что предшествовали и вызвали настоящий писательский «бум».

 

Укоренившаяся в богатую культурную традицию своей страны, современная испанская литература в полной мере отражает ряд радикальных изменений, которые в течение ХХ века претерпела сама Испания. Очевидно, что современная испанская литература является результатом и одновременно механизмом решения сложной кризиса, связанного с переходом от тоталитарного до демократического общественного строя, который его пережил испанское общество после смерти диктатора Франсиско Франко в 1975 году.

 

Бомбардировка Герники, 26 апреля 1937 года. Bundesarchiv, Bild 183-H25224 / Unknown / CC-BY-SA 3.0

 

Падение жестокой диктатуры, отмены института цензуры, открытие границ, создание свободного рынка и интеграция Испании в мировое культурное пространство открыли перед мастерами безграничные перспективы. Полные надежд на новую, свободную эпоху, писатели в изгнании начали активно публиковать ранее запрещенные произведения, давая ощутимый толчок автобиографической и мемуарной прозе (опыт франкіських репрессий, подпольная политическая деятельность и тому подобное).

 

Но сжатый во времени процесс демократизации испанского общества привел к своеобразному «опьянения свободой», а впоследствии – и к растерянности личности. Смена национал-католического тоталитарного строя на демократический, слом мировоззренческих, национальных, экономических, гендерных стереотипов, крушение «кастельяноцентристського» мифа о единой Испанию с единым языком и культурой с центром в Кастилии (больше об этом – в труде Александра Пронкевича «Нация-нарація») привели к кризису 80-тых – 90-тых годов. Начало периода Трансисьон (Transición – «переход» с исп.) принес с собой целый ряд новых реалий, существенно изменили типичную социальную и литературную панорамы. В ситуации, когда утратилась привычная, стала точка опоры испанцы были вынуждены стремительно выстраивать свою новую идентичность, чтобы как можно быстрее присоединиться к остальным современных европейских национальных сообществ.

 

Ведущие темы испанского культурного контекста 80х – 90х годов ХХ века – это неспособность найти свое место в изменившемся мире, преодолеть страх окончательного распыления, растерянность из-за крах такой привычной, понятной реальности – настроения легко ощутимы, но сложные для понимания обывателем. Писатели все больше внимания уделяли решению потребности отдельного человека в личностном самоопределении. Поколения ‘68 года, что вплотную столкнулось с переходом к демократии и пережило генераційне разочарование, представленное в Испании писателями, которые и сейчас находятся в расцвете своей творческой зрелости, как вот Луис Матео Діес, Хосе Мария Мерíно, Эдуардо Мендоса, Альваро Помбо, Хуан Хосе Міллас, Энрике Вила-Матас, Хавьер Маріас, Луис Ландеро, Рафаэль Чірбес и другие.

 

Относительно женского сообщества, то указанные изменения осложнились отсутствием навыков и опыта познания себя и мира через то, что на протяжении веков осуждалась любая позахатня деятельность женщины, она была лишена возможности заниматься творческим или научным поиском. Стоит помнить потрясающий факт, что женщины демократической Испании сегодня получили паспорта со всеми соответствующими правами и свободами только в 1978 году.

 

Современная испанская проза, написанная женщинами, ярчайшим образом отражает все аспекты преобразований, охватывает актуальную проблематику, отличается жанровым разнообразием, занимает значимый сегмент национального рынка и успешно завоевывает международного читателя.

 

Кармен Лафорет. Фото: www.spainisculture.com

 

Импульс, заложенный еще писательницами эпохи модернизма и авангардизма, был реализован испанскими авторами под влиянием трагических событий гражданской войны и последующих репрессий в 40-е годы ХХ века. Типичным женским персонажем послевоенного периода преданная семье домохозяйка, чье жизненное пространство сужено до бытовой сферы. Она переживает постоянную внутреннюю борьбу, которая может вот-вот сломать социальные и реальные стены, арестовывают женщину. Олицетворением такого типа героини есть девушка по имени Андреа из романа Кармен Лафорет «Ничто».

 

Произведения писательниц эпохи франкиськои диктатуры транслируют определенно пессимистическое мировосприятие; здесь акцентируют на разочаровании, одиночестве, невозможности наладить общение (Кармен Лафорет, Кармен Мартин Ґайте, Елена Кирога, Ана Мария Матуте). Общество выполняет роль главного героя в критико-реалистических текстах, написанных простым языком. Как попытка убежать от реальности – параллельно развивается тенденция «розового романа», традиционно отождествлялся с женской литературой; в нем проектируются женские идеалы послевоенного времени: молодость, красота, богатство.

 

Начиная с 70-ых годов ХХ века появляются произведения новых писательниц, среди них: Карме Риера, Роса Монтеро, Нурия Аммат, Ана Мария Моїкс, Монсеррат Роїг. Детство, юность и становление этих женщин произошло во времена франкизма, а университетское обучение совпало со студенческими восстаниями во Франции 1968 года, агонией тоталитаризма в Испании, апогеем экспериментального романа и восторгом структуралізмом. Это первые испанские женские романы, в которых прослеживается значительное европейское влияние. Если представительницы первой генерации писательниц только заявляли о своем присутствии в культурной жизни страны, то писательницы второго поколения делают попытки «о-своїти», сделать своим, приобщиться к мужскому интеллектуального пространства. Героиня произведений преимущественно молодая, независимая, самодостаточная, интеллектуально зрелая женщина, которая отвергает любые традиционные ценности (часто радикально, без критического анализа) – даже такие весомые, как материнство и семья. В этот сложнейший исторический период испанская женская литература стремится освободиться от «очарования» патриархальным мифом, что основывался на глубоко существующей католической традиции, и агрессивно насаждался в течение всего периода диктатуры.

 

Становится очевидным, что освобождение от стереотипа не сужается к возможности участия в мужской сфере деятельности, имитации мужской манеры письма, а предусматривает создание собственного подхода. В таком контексте в женском литературном творчестве на первый план выходят чисто женские темы: необходимость восстановить разорванные в прошлом отношения матери-дочери, женского сестричества, восстановление женского голоса, который потерялся в истории, реконструкция в памяти утраченного семейного прошлого, признание неповторимой женской самости и права на реализацию своей сексуальности.

 

Carme Riera © Santi Cogolludo EL MUNDO

 

Длительное травматическое угнетение и вынужденная изоляция были настолько сильными, что, несмотря на ожидания, первые годы демократии протекают в полной тишине со стороны литературной женского сообщества. Писательницам понадобилось несколько лет, чтобы решиться разорвать молчание. Общество продолжало воспринимать женскую литературу как проявление маргинального, удивительного, анормального. Одна из пионерок испанской женской прозы – Карме Риера олицетворяет ситуацию, которая сложилась тогда, на страницах своего рассказа «Отдаю тебе, любовь моя, море, как жертву» (1975) в образе старенького профессора, что, несмотря на течение времени и все политико-культурные преобразования, продолжает ходить на работу в сопровождении своего молчаливого «послушной дружиноньки».

 

Этот феномен представляется еще более показательным, если учесть то огромное количество авторов, уже в восьмидесятые годы спровоцировала взрыв испанской женской прозы. Это те испанские автора, чье интеллектуальное становление происходило в последние годы диктатуры. Самые известные среди них: Роса Монтеро, Марина Майораль, Альмудена Грандес, Лусия Ечебаррія, Роса Регас, Эстер Тускетс, Аделаида Гарсия Моралес, Лурдес Ортис, Кристина Фернандес Кубас, Соледад Пуертолас, Кармен Гомес Охера, Мария Хаэн, Мерседес Абаб, Ана Россетти, Конча Алос, Марта Порталь, Луиса Еченіке, Мария Антония Оливер, Мерсе Родореда, Роса Часель, Лидия Фалькон, Кармен Рико-Годой, Пилар Педраса, Ольга Ксірінакс, Исабель Клара Симо, Лаура Фреіксас, Монтсеррат Хулио, Мерседес Салісачс, Аранха Урретабіскайя, Белен Гопегі и другие.

 

Следующее поколение писателей – поколение 80-х годов – первое, которое приобрело публичного признания во времена расцвета демократии с ее космополитическими стремлениями, включает выдающихся авторов, как Антонио Муньос Молина, Игнасио Мартинес де Пісон, Хулио Льямасарес, Альмудена Грандес, Белен Копегі, Роса Монтеро, Фернандо Арамбуру и других.

 

В конце ХХ века в Испании приобрело определенную популярность так называемое «поколение Х», которое привлекала эстетика «грязного реализма» в урбанистическом романе; самыми известными представителями его являются Хосе Анхель Маньяс, Лусия Эчевария и Рай Лоріга. И в начале ХХІ века, наряду с уже названными писателями, начали говорить о поколении «Носілья» (имя, взятое из цикла романов Агустина Фернандеса Мальо, где автор использует как литературный материал все, связанное с новейшими технологиями – интернет, компьютерные игры, чаты, блоги и тому подобное).

 

Агустин Фернандес Мальо и обложки его произведений

 

Как видим, сегодня в Испании существует немало групп литераторов, находящихся в полном расцвете творческих возможностей. От признанного мастерства авторов середины века и литературной зрелости писателей поколения ‘68 и вісімдесятників – и до современных попыток, в которых с разным успехом пробуют себя молодые художники. Среди молодых авторов несомненно вызывают неизменный интерес Белен Гопегі, Хуан Міняна, Антонио Солер, Луис Магрінія, Фернандо Арамбуру, Хавьер Серкас, Андрес Ибаньес.

 

Стоит отметить, что немало здесь также разноплановых литературных экспериментов. Неограниченные творческие порывы выливаются в увлекательные литературные формы, как, например, метароман – произведение, написанное о само произведение, то есть такой, в котором рассказывается история, и одновременно описывается процесс ее написания. Как пример метароману стоит назвать «Беспорядок твоего имени» (1988) Хуана Хосе Мілласа.

 

Еще одним вариантом эксперимента становятся произведения, что является результатом смешивания романа, эссе и автобиографии, где автор играет фактами и вымыслом. Такие произведения призваны исследовать возможности влияния текстового пространства на реальность, власть автора над читателем, степень доверия читателя к прочитанному, способность читателя к критическому мышлению. Романы такого типа, демонстрируют наиболее блестящую авторскую игру в созидании реального-вымышленного «Я» рассказчика, написали Хавьер Марíас, Энрике Вила-Матас и Хавьер Серкас, Роса Монтеро и Карлос Руис Сафон.

 

Роса Монтеро. Фото: libreriasdezaragoza.com

 

В своем блестящем притчовому романе «История прозрачного короля» (2005) Роса Монтеро предлагает читателю на фоне увлекательнейшего путешествия женщины-рыцаря средневековой Европой попытаться переосмыслить те мифы и стереотипы, составляющие культурный фундамент Западной цивилизации. Автор приглашает читателя к процессу переформатирования общечеловеческого опыта, постоянно апеллирует к его эрудиции. С той же легкостью, с которой в ее текстах встречаются исторические фигуры, которые жили с разницей в три века, и меняют ход европейской истории вместе с вымышленными персонажами, исторические факты в ее произведениях переплетаются с выдуманными, а аргументация усиливается цитатами из произведений известных мыслителей, часто придуманных ею самой (к тому же выдуманные и цитаты, и мыслители). Роса Монтеро сознательно использует прием размывания границ между реальным и вымышленным. Держа читателя в постоянном интеллектуальном напряжении, писательница заставляет его бодрствовать и прилагать усилия, чтобы составить собственное суждение относительно слов автора, рассказчика, героев – и таким образом сформировать собственное понимание действительности.

 

В этом контексте следует отметить два романа Хавьера Серкаса: «Солдаты Саламіни» (2001) и «Скорость света» (2005). Первый повествует историю на грани реальности и фантазии на материале событий Гражданской войны в Испании, изученному Хавьером Серкасом, что выступает и автором, и персонажем в этом синтезе правды и выдумки. «Скорость света» переносит нас от испанской Гражданской войны до войны в Вьєтнамі. Рассказчиком этого произведения является преподаватель Университета Урбани, который хочет написать роман о поражение всех войн и все их успехи. За основу он берет автобиографические и вымышленные данные, а также воспоминания своего американского коллеги-ветерана войны во Вьетнаме.

 

Еще одно очень важное направление в современном испанском романе – так называемый «символический реализм», направленный на создание «мифических пространств» и «провинциальных вселенных». Показательный романист этого течения – Луис Матео Дíес, создатель мифического пространства Селами. Его трилогия «Королевство Селами» (1996-2002), состоящая из романов «Дух безлюдной местности», «Руина неба» и «Сумерки», выполняет огромную работу – он освещает упадок сельских культур и ту необратимую потерю, которую их исчезновение творит для всей западной цивилизации. Второй чудеснейший роман того же автора – «Призраки зимы» (2004): новое путешествие символическим путем к неисчерпаемой «провинции человеческого существа», что создает пронзительный мифический пространство в испанском романе последних лет.

 

Пожалуй, лучше всего испанскую литературу современности схарактеризує неутомимый поиск новых путей, новых способов отразить реальность, каждый раз более сложную и изменчивую. Неповторимые культурно-исторические условия, сложившиеся в Испании на рубеже ХХ-XXI веков, способствовали синтезу традиции критического реализма с магическим реализмом Кортасара, Борхеса, Маркеса, космополитизма – с закоріненістю в провинциальную традицию. Тоже самое касается и экспансии женской литературы, а также гибридных литературных жанров – их появление и развитие обусловлены специфической историей Испании в течение последних полувека.

 

Интересно видеть, как пожизненные мотивы находят реализацию в творческих попытках наших современников. Донжуанівська бунтарская страсть к наслаждению трансформируется в непрерывный процесс разрушения всяческих норм и канонов на пути к истинному знанию – или до простого удовольствия от игры со словом, мифом, условностями. Кто знает, может каждому из нас иногда не помешает немного донкіхотівської безумной храбрости для борьбы с собственными великанами-мельницами? А вознаграждением за победу над своими страхами, ограничениями, привычками будет гениальное умение идальго превращать реальный мир, свою жизнь и себя самого в соответствии с самых смелых фантазий.

 

*Светлана Романова – исследовательница современной испанской прозы, переводчик, преподает на кафедре теории и истории мировой литературы имени профессора В. И. Фесенко Киевского национального лингвистического университета.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

*