Страшный суд становится добрее

Общество

Голосование за «судейские» конституционные изменения в Верховной Раде попало в самое сердце украинской двух ипостасях – в ту деление, которая разделяет наше бытие на категории «побед» и «измен».

 

 

С одной стороны, имеем комплиментарные отзывы из Государственного департамента США и Еврокомиссии. С другой – имеем правозащитника Аркадия Бущенко, который зарекся защищать политиков, причастных к принятию изменений. «Пусть их защищает и поддерживает тот суд и адвокатура, которые возникнут вследствие этого решения. Думаю, не надо удерживать того, кто падает в выкопанную для другого яму. Удачи!» – прокомментировал Бущенко.

 

С одной стороны, имеем положительные отзывы от адвокатов и экспертов того же «Реанимационного пакета реформа», которые говорят, что проект является в целом хорошим как для начала очистки системы. Но одновременно имеем профессора Киево-Могилянской академии Владимира Сущенко, который после четвергового голосования решил отказаться от ордена «За заслуги» и сложить полномочия члена конкурсной комиссии по отбору к Антикоррупционной агентства. По мнению Сущенко, в Украине «за внешне вполне демократическими процедурами» произошла «узурпация государственной власти отдельными политически-олигархическими группировками».

 

Действительно, реформа содержит шанс и содержит угрозу. Она порождена импульсом к переменам и нежеланием меняться. Запросом к очищению и жаждой нарастить воздействия.

 

Наверное, она не могла быть иной в наших условиях.

 

Голоса на вызов

 

…Когда президент Украины пришел в Верховную Раду на заседание 2 июня, то уже знал, что голосов на конституционную реформу хватает с лихвой. Для такого вывода не обязательно было иметь каких-то инсайдеров на Банковой или в исполкоме партии «Солидарность» – было достаточно вслушаться в выступление Петра Порошенко, который был помережений утверждениям президента чуть ли не в совершенной форме.

 

«Начать свое выступление я хотел бы со слов благодарности, признательности сегодня украинскому парламенту, украинской Верховной Раде. Благодарности за то, что парламент нашел в себе силы в самый важный и, возможно, самое тяжелое время в истории Украины, объединиться… Очень счастлив, что вы, уважаемые народные депутаты, поднялись выше традиционной борьбы между властью и оппозицией и большинство из вас, абсолютное большинство, приняли решение поддержать проект… Завершаю свое выступление призывом забыть партийные разногласия, помнить, что наша любимая, наша единая для всех Украина всегда больше всего стремилась только одного: свободы и справедливости», – это краткий конспект выступления президента.

 

Петр Порошенко, к сожалению, не уточнил, что «свобода» в одном из своих значений иногда является оксюмороном к «справедливости». А особенно в отношении к нашей сердешної системы правосудия. Когда вор наслаждается свободой – это не есть справедливость.

 

Или мы сомневаемся, что в день, когда проект конституционной реформы входил в правовую реальность через широкие двери настеж, то «зеленые кнопки» нажимали и те депутаты, которые надеялись избежать проблем со стороны «реформированного» судейства? Сомнений нет, но все равно отметим: конституционные изменения поддержали более полусотни бывших «регионалов»: 38 народных депутатов из «Оппозиционного блока», 22 с «Возрождение» и 18 с «Воли народа». Эти люди не относятся к тем, кто согласится рубить сук, на котором сидит. Скорее к тем, кто набирается ветвей, чтобы отгородиться крепким забором от неприятного для себя вмешательства извне, в том и судейского.

 

А между тем, именно голоса «Оппозиционного блока» оказались решающими для голосования. Если от тех 335 народных депутатов, которые высказались «за» конституционные изменения, отминусовать 38-личную команду с сектора «Опоблоку» – то на реформу ждал бы «пшик». Хотя…

 

На «підстрахівці» у Петра Порошенко до последнего момента оставалась Радикальная партия Олега Ляшко. РПЛ легко могла бы «перекрыть» риски для Конституции, если бы «регионалы» начали тормозить. «Ляшківці» буквально до последнего момента продолжали совещание в кулуарах, заставив депутатскую зала сидеть в напряженной паузе, а заодно и Порошенко в президентской ложе. Парламентские вуайеристы утверждают, что полемика среди «радикалов» продолжалась до того времени, пока в группу не заявился чиновник из Администрации президента. Неизвестно, что именно посланник сказал Ляшкові, но было бы логичным, если бы говорил о достаточный потенциал голосов даже без Радикальной партии.

 

Вне тем, надо признать: Банковая выполнила кулуарную работу ловко. Не часто в Администрации президента выпадает денек, когда она может перебирать союзниками на важные голосования. Офис Порошенко пока не поделился секретами успеха: возможно, привели интересные риторические приемы, а может, «амбарная книга» из архивов Партии регионов, а может, угроза реформированными судами? Значительную работу в убеждении депутатского корпуса выполнил и Запад, который видел в предлагаемом проекте однозначно прогрессивные изменения. Особенно упорным международное сообщество было в переговорах с «Родиной», которая в конце концов тоже голосовала «за», вопреки тактике «тотальной оппозиции».

 

Кроме того, провластные фракции сильно виструнчили собственные ряды: во фракции БПП не голосовало лишь четверо нардепов, а в «Народном фронте» – один. Редкое, почти прецедентное явление.

 

Итак, 335 голосов. Этот задел был праздником для Петра Порошенко, ведь президент стремился получить убедительный результат на табле, пытался показать потенциальным союзникам, что ни один из них не имеет «золотой акции», и никто не может трактовать себя как любимого партнера Банковой в политическом гареме. Также Порошенко хотел доказать свою состоятельность в глазах международного сообщества. Собственно, он сам об этом говорил на пресс-конференции в пятницу: «Мы провалили сценарий российского агрессора, который пытался представить миру Украину в хаосе, а украинские власти, в частности парламент, неспособным проводить реформы».

 

Узурпатор до конца срока

 

Перейдем ближе к самому проекту. Одна из основных новаций судебной реформы – деполитизация «третьей ветви власти». Независимость Фемиды будет достигаться за лишение президента и Верховной Рады права назначать судей, а также ограничением влияния главы государства и депутатского корпуса на функционирование Высшего совета правосудия, которая, собственно, и будет заниматься кадровым наполнением судейских рядов.

 

Напомним, до сих пор украинские судьи были обязаны своими должностями президенту и парламенту глава государства раздавал мантии на «пробный» пятилетний срок, а позже Верховная Рада утверждала судей бессрочно. Такая система порождала двойную и постоянную зависимость судей.

 

Независимость Высшего совета правосудия, который должен утверждать новых судей и дисциплинировать старых, гарантироваться за счет усиления судейского самоуправления-съезд судей будет назначать половину членов ВРП, при том, что сегодня его квота в Высшем совете юстиции – лишь 3 членов из 20-ти. Президентская и парламентская доля уменьшатся, из совета «выпадут» министр юстиции и генпрокурор.

 

Почему же тогда Порошенко обвиняют в попытках склонить на свою пользу судейский корпус, даже в узурпации? Ответ – в переходных положениях Конституции, которые откладывают часть новаций аж на конец Порошенкового президентства. В частности, проект предусматривает «транзитный» период, в течение которого полномочия Совета правосудия будет выполнять старая Совет юстиции: Конституция позволяет тянуть до весны 2019 года.

 

Кроме того, президент до конца 2017 года будет сохранять право на реорганизацию, ликвидацию и создание судей. Только за полтора года глава государства поделится этим правом с Высшим советом правосудия и Верховной Радой.

 

Это очень важный момент, ведь, согласно замыслу авторов реформы, ликвидация судов будет одним из механизмов очистки системы. И здесь планов целое громадье. В частности, Украину в ближайшее время ожидает реорганизация высших судов: нынешние специализированные суды со статусами «высших» будут отменены, а Верховный суд в корне изменят и перезапустят. Обновленная организация будет комплектоваться судьями через открытые конкурсы. Старые служители Фемиды не смогут туда попасть автоматически – только на общих с другими кандидатами основаниях.

 

Президент в процессе создания судов и избрания судей будет играть очень весомую роль. Не большую, чем сейчас, но и не меньшую.

 

Украинские суды почувствуют независимость от главы государства разве что после следующих президентских выборов. Ну а Петр Порошенко избегает части рисков до конца своей каденции. И должен настраивать себя на очереди «просителей» из числа тех партий, которые голосовали за судейскую реформу в четверг.

 

Закон на окончание

 

2 июня Верховная Рада рассматривала не только изменения в Конституцию, но и закон о судоустройстве и статусе судей в новой редакции. В общественном мнении эти два законопроекта спутались и обменялись недостатками, к чему привели, в частности, оппозиционный депутаты своими заявлениями.

 

Изменения в Конституцию – это «рамочный» закон. Перечень основных конституционных новаций можно кратко перечислить в одном абзаце.

 

Вследствие изменений частично ликвидируется судейская неприкосновенность, а право на арест носителей мантии дает не Верховная Рада, а Высший совет правосудия. Изменяется процедура назначения судей и усиливается независимость Высшего совета юстиции – об этом мы писали ранее. Расширяется перечень оснований для увольнения судьи: «грязная» декларация, совершение существенного проступка. Переходными положениями Основного закона предусмотрено квалификационное оценивание всех судей – фактически, переаттестацию всего судейского корпуса. Организация «Верховный суд Украины» трансформируется в новую – «Верховный суд». Допускается возможность признания юрисдикции Международного уголовного суда – правда, не раньше, чем через три года (наверное, ввиду продолжения АТО). Право на функцию защиты в судах получают исключительно профессиональные адвокаты. Раздел о прокуратуре полностью изымается из Конституции и переходит в «обычную» статью Основного закона; прокуратура теряет функцию надзора.

 

Недостатков, собственно, немного. Основной политический недостаток – сохранение сильных президентских воздействий на судебную ветвь власти на полтора-два года. Среди проблем, на которые обратили внимание правозащитники (Украинский Хельсинский союз, Харьковская правозащитная группа, Центр гражданских свобод, Amnesty International в Украине), – промедление с ратификацией Римского устава под Международный уголовный суд, сохранения института Генпрокуратуры в тексте Основного закона (они считают, что ГПУ следовало выбросить из Конституции, оформив для нее лишь подведомственный статус), а также адвокатская монополия. По мнению правозащитников, норма Конституции о «профессиональная защита» лишает малоимущих граждан возможности привлекать защитников без адвокатской лицензии; фактически речь идет о цеховую «подачку» для одного из звеньев системы правосудия.

 

Зато закон о судоустройстве был призван наполнить тезові конституционные нормы практическими нормами и должен был добавить несколько новаций. Ряд политических сил требовали от Банковой одновременного принятия этих законов, чтобы убедиться, что она не имеет злонамеренных намерений: «Покажите нам, какие вы хотите иметь суды, а тогда мы подумаем, вообще откупоривать этого джинна». Администрация президента «засветила» этот проект только 30 мая, за четыре дня до голосования. Офис президента торопился с тем, чтобы реформу приняли до каникул – уже через неделю в парламенте будет невозможно собрать полный зал.

 

Восприятие законопроекта о судоустройстве тоже оказалось контраверсионным. С одной стороны, демократические фракции восприняли его благосклонно и, возможно, даже позитивнее, чем конституционный проект. Например, Олег Ляшко на утренних дебатах публично заявлял, что Радикальная партия поддержит документ, поскольку «хуже всего – ничего не делать». «Самопомощь» дала на поддержку закона два голоса. Часть соратников Садового-Березюка постановила, что отказалась от голосования не за содержательные замечания, а через процедуру рассмотрения.

 

Во время принятия закона парламент действительно нарушил регламент. Народные депутаты в спешке унизили с требования закона, которая запрещает рассматривать свежий законопроект как окончательную редакцию во втором чтении, если его размах превышает 100 статей. Такой проект требует полноценного и длительного рассмотрения. Председатель ВР Андрей Парубий отверг эти упреки еще в день голосования. «Ко мне подходят и говорят о соблюдении регламента. Я напомню вам плакат на первой баррикаде на Революции Достоинства, там было написано: «Извините за неудобства, мы меняем страну». Под тем плакатом наши ребята защищали Майдан. И поэтому, уважаемые коллеги, я ставлю на голосование», – ответил Парубий.

 

Как раз нарушение регламента было основной причиной, которая заставила профессора Владимира Сущенко отказаться от ордена «За заслуги» и членства в жюри в НАЗК.

 

Инициатива «Реанимационный пакет реформ», эксперты которой в целом одобрительно отзывались о конституционных изменениях, требовали отсрочить рассмотрение «судейского» пакета. Не только через процедурные нюансы, но и важные замечания к закону. «К сожалению, этот законопроект не отвечает ожиданиям общества относительно проведения полноценной судебной реформы, обновление судейского корпуса и обеспечение независимости судей», – заявили в «РПР».

 

Закон, вопреки ожиданиям, не предусмотрел увольнение руководства судей, назначенных во времена Януковича. Апелляционные суды лишены «угрозы» обновление: если там и будут вакансии, то разве что для носителей мантии с 5-летним стажем, но никак не для специалистов из-вне системы. Несмотря на призывы общественных сред, авторы законопроекта отказались от укрепления роли Общественного совета добропорядочности в процессе переаттестации судей: есть угроза, что она будет декларативным, а не влиятельным органом. Ограничивается право на видеозапись судебного заседания. Законопроект, хотя и предполагает создание Высшего антикоррупционного суда, но не содержит четких временных рамок.

 

Относительно новелл, то закон отменяет всю систему высших специализированных судов – хозяйственного, административного, гражданских и уголовных дел. Эти звенья перейдут в Верховный суд в формате кассационных палат. Будет создан Высший суд по вопросам интеллектуальной собственности. Региональные суды реорганізовуватимуться на окружные.

 

Также закон ужесточает требования к судейских деклараций: образ жизни Фемиды будет находиться под пристальным мониторингом, а судьи будут вынуждены подавать расширенную информацию также и о родственниках.

 

В то же время закон предусматривает существенное увеличение зарплаты для судей, поэтому, согласно замыслу авторов реформы, они избавятся от коррупционных соблазнов. С 1 января зарплата судей местных судов, которые прошли через переаттестацию, составит 15 минимальных зарплат (сейчас – 10 «минималок»). В течение нескольких лет плату обычным судьям повысят до 30 минимальных зарплат для судей апелляционных и специализированных инстанций – до 50, а для судей Верховного суда – 75. Закон предусматривает щедрую систему надбавок, которая позволит даже удвоить прибыль.

 

Повторимся, реформа содержит шанс и содержит угрозу. Она порождена импульсом к переменам и нежеланием меняться.

 

Она не могла быть иной.

 

 

 

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

*